СВЯТО-СЕРГИЕВСКИЙ КАФЕДРАЛЬНЫЙ СОБОР

ИСТОРИЯ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ В XX ВЕКЕ

МЕСТО ЖЕНЩИН В СОБОРЕ НОВОМУЧЕНИКОВ И ИСПОВЕДНИКОВ РОССИЙСКИХ

 
 

                                                 НА ГЛАВНУЮ

                                                      

ИСТОРИЯ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ В XX ВЕКЕ

МЕСТО ЖЕНЩИН В СОБОРЕ НОВОМУЧЕНИКОВ И ИСПОВЕДНИКОВ РОССИЙСКИХ

 

Доклад профессора ПСТГУ священника Александра Мазырина на IV Международных образовательных Покровских чтениях «Образ женщины в небесном и земном» (Хельсинки, 14–15 октября 2013 г.)

 

«Белые платочки спасли Русскую Церковь». Эта фраза, пущенная в ход, как считается, Патриархом Алексием I, стала со временем весьма расхожей. Смысл ее в том, что именно «белые платочки», то есть православные бабушки, продолжавшие в годы атеистического засилья несмотря ни на что посещать храмы, спасали их от закрытия, а Церковь в России от полного уничтожения. Советская власть этих бабушек, в силу их невысокого социального положения, особо жестко не преследовала, надеясь, что они со временем просто вымрут. Но менялись поколения, а «белые платочки» продолжали наполнять храмы, и богоборческая власть вынуждалась с этим считаться. Однако не только этими мало кому известными тихими прихожанками укреплялась Русская Церковь в годы гонений. Были и те, чей подвиг оставил больший след в истории. Немало было среди русских женщин и тех, кто до крови пострадал за Христа. Масштаб их подвига таков, что превзошел всё явленное Русской Церковью за все века ее истории до начала кровавых гонений ХХ в. Довольно наглядно этот факт иллюстрируется Месяцесловом (календарем памяти святых) Русской Православной Церкви, его состоянием до 1917 г. и тем, как он изменился, в том числе и по части присутствия в нем женских имен, за последние два с половиной десятилетия.

Согласно исследованию академика Е. Е. Голубинского, до Соборов эпохи митрополита Макария (середина XVI в.) в Русской Церкви было прославлено всего 67 святых (из которых примерно две трети – местночтимые). Макариевские Соборы прославили 39 русских святых, но в большинстве случаев это был перевод из разряда местночтимых к общецерковному почитанию, а новых имен добавилось лишь восемь. В последующие полтора века (до учреждения Святейшего Синода), было канонизировано 146 святых (в основном – местночтимых), а за двухсотлетний синодальный период – 10 общецерковных и 15 местночтимых, к которым следует добавить еще 118 преподобных отцов киево-печерских(1). Итого за всё время от Крещения Руси до падения Российской Империи было прославлено около 370 русских святых, из которых к общецерковному почитанию – менее ста.

Сколько же из них женщин? Оказывается, совсем немного. Можно без труда перечислить всех их по именам. Первой, разумеется, идет святая равноапостольная княгиня Ольга (+969), далее следуют: благоверная супруга Великого князя Ярослава Мудрого преподобная Анна Новгородская (+1050), святая Феврония (супруга Петра) Муромская (+1228), две святые Евфросинии – Полоцкая (+1173) и Суздальская (+1250), княгиня Агриппина Ржевская (XIII в.), преподобная Харитина Новгородская, княжна Литовская (+1281), святая Анна Кашинская (+1368)с канонизацией которой, как известно, были связаны определенные сложности (в 1650 г. она была торжественно прославлена, но затем спустя 27 лет при Патриархе Иоакиме исключена из числа почитаемых святых, и лишь в 1909 г. ее почитание было восстановлено), княжна Иулиания Ольшанская (+1566) и, наконец, святая Гликерия дева Новгородская (+1572)(2). Всего десять, причем, что характерно, почти все – княжеского рода, хотя, зачастую, и принявшие монашеский постриг. Список Голубинского, очевидно, не полон (в нем нет, например, святой благоверной супруги Великого князя Димитрия Донского Евдокии Московской, в постриге Евфросинии, +1407). Однако, понятно, что и в дополненный список войдут не столько женские, сколько мужские имена, и общее их соотношение сильно не изменится, а оно получается примерно как одна к тридцати шести.

После 1917 г., по понятным причинам, прославление новых святых в Русской Церкви оказалось сильно затрудненным. Полноценное возобновление канонизационного дела в России стало возможным только в 1988 г. Тогда, в связи с празднованием 1000-летия Крещения Руси, Поместным Собором было прославлено девять подвижников XIV–XIX вв., и среди них – особо почитаемая в народе святая блаженная Ксения Петербургская.

В следующем, 1989-м, году в Московском Патриархате с прославления святого Патриарха Тихона, начался процесс канонизации и новомучеников Российских, апогеем которого стало торжественное прославление на Юбилейном Архиерейском Соборе 2000 г. более тысячи подвижников ХХ в. При этом, хотя и в существенно меньших масштабах, продолжалось прославление русских святых более ранних периодов (например, 34-х преподобномучеников Валаамского монастыря, убитых в XVI в. за стойкость в православной вере). Всего, по данным официального сайта Московской Патриархии, «за период председательства [в Синодальной комиссии по канонизации] митрополита Крутицкого и Коломенского Ювеналия (1989–2011 гг.) к лику святых Русской Православной Церкви были причислены 1866 подвижников благочестия, в том числе 1776 новомучеников и исповедников Российских»(3).

Поименный список членов Собора новомучеников и исповедников еще может уточняться. В официальном календаре издательства Московской Патриархии на 2013 г., по подсчетам докладчика, в списке общецерковно почитаемых новомучеников и исповедников Российских значится 1294 имени, из них женщин – 141(4). Вместе с Собором новомучеников, в Бутове пострадавших, эти цифры возрастают соответственно до 1580 и 181 (5). Кто же эти святые подвижницы? Во главе их стоят, конечно же, святые Царственные страстотерпицы: Императрица Александра и четыре царских дочери, Великие княжны Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия. Затем следует назвать преподобномученицу Великую княгиню Елисавету и ее неразлучную спутницу Варвару.

Среди 183 канонизированных подвижниц ХХ в., помимо представительниц Дома Романовых: шесть игумений, пять схимонахинь, 38 инокинь, 41 послушница, 87 мирянок – мучениц и исповедниц. В ограниченных рамках доклада нет возможности рассказать о них всех, приведем лишь три, как представляется, характерных примера.

 

Преподобномученица игумения Серафима (в миру Елизавета Николаевна Сулимова) – одна из первых жертв большевистского антицерковного террора. Родилась она в 1859 г. в г. Устюжне Новгородской губернии в купеческой семье. В 17 лет Елизавета Сулимова поступила в новооснованный недалеко от ее родного города Леушинский Иоанно-Предтеченский монастырь, получивший вскоре славу одной из трех российских «женских лавр» (наряду с Дивеево и Шамордино).

 В монастыре она выполняла различные послушания, в том числе была регентом хора, сначала в Леушино, а затем на петербургском монастырском подворье, где была отмечена святым праведным отцом Иоанном Кронштадтским.

В 1901 г. послушница Елизавета приняла монашеский постриг с именем Серафима и через год была назначена казначеей Леушинского монастыря. В 1905 г. в Новгородской епархии был возрожден знаменитый древний Ферапонтов монастыря и монахиня Серафима была назначена его настоятельницей с последующим возведением в сан игумении. Огромные труды были предприняты игуменией Серафимой для организации иноческой жизни и активного социального служения возрожденной обители. Эти труды были прерваны объявленным осенью 1918 г. «Красным террором». 2/15 сентября 1918 г. игумения Серафима была расстреляна без суда и следствия в 2 верстах от г. Кириллова у горы Золотухи вместе с арестованным накануне епископом Кирилловским Варсонофием (Лебедевым) и четырьмя заложниками-мирянами. Юбилейным Архиерейским Собором 2000 г. она причислена к лику святых (6).

Мученица Александра Потаповна Устюхина – одна из десятков тысяч церковных людей, убиенных в годы «Большого террора» 1937–1938 гг. Родилась в 1882 г. в с. Гусь-Железный Касимовского уезда Рязанской губернии. Жизнь и подвиг ее были связаны с родным селом, в котором она в 1930 г. была выбрана старостой местной Троицкой церкви. В 1935 г. власти постановили церковь закрыть. Но когда уполномоченная комиссия явилась принимать церковное имущество, она наотрез отказалась отдавать им ключи от храма и, увернувшись, убежала с ними в лес. В результате храм тогда закрыть не смогли, но Александру арестовали и приговорили к трем месяцам лишения свободы за «самоуправство». Приговор этот, по сталинским меркам, был удивительно мягким, но спустя два года власть «исправилась». В 1937 г., с началом «Большого террора», контингенты репрессируемых подбирались в первую очередь по картотекам НКВД из тех, кто ранее уже подвергался арестам. Александра Устюхина попала в категорию «наиболее опасных», что означало расстрел. Ее обвинили в активном участии в «контрреволюционной повстанческо-террористической организации». 10/23 декабря 1937 г. мученица Александра вместе с группой священников была расстреляна в г. Рязани. Канонизировал ее тот же Архиерейский Собор 2000 г., что и преподобномученицу игумению Серафиму(7).

 

Исповедница Ираида Осиповна Тихова – пример подвижницы, чудом пережившей «Большой террор». Родилась в 1896 г. в с. Котово Мышкинского уезда Ярославской губернии в семье крестьянина, старосты местной церкви. Подобно мученице Александре Устюхиной, основную часть жизни провела в родном селе. Благодаря поддержке будущего архиепископа, а в то время архимандрита, Серафима (Самойловича), выучилась в 1918–1919 гг. на учительницу. Свое учительство в сельской школе совмещала с регентством Успенской церкви с. Котова. Активно участвовала в бурных событиях церковной жизни 1920–1930-х гг., переписывалась со многими видными деятелями Церкви, такими как священномученики митрополит Кирилл (Смирнов), архиепископ Серафим (Самойлович), архимандрит Неофит (Осипов), ездила к ним в ссылки, при необходимости предоставляла им прибежище в своем доме, хранила большой архив церковных документов (ныне передан в ПСТГУ). В 1931 г. арестована за поддержку осужденного духовенства, была приговорена к трем годам лагерей. После освобождения ей было отказано в восстановлении на работе в местной школе. В 1938 г. приняла у себя в доме освобожденного из заключения епископа Василия (Преображенского), тайно от власти устроила у себя домовой храм. В ноябре 1943 г. вместе с епископом Василием была арестована, обвинялась в принадлежности к «нелегальной антисоветской церковной организации» и в ведении «антисоветской агитации». Была приговорена к ссылке в Коми АССР сроком на пять лет. По отбытии срока вернулась в свое село, пыталась препятствовать разорению Успенского храма. Скончалась 7 августа 1967 г. Имя исповедницы Ираиды было включено в Собор новомучеников и исповедников Российских в 2001 г. (8)

 

Говоря о месте женщин в Соборе новомучеников и исповедников Российских, нельзя не отметить существенного изменения их доли по сравнению с ситуацией, имевшей место до 1917 г. Если подсчитать соотношение канонизированных женщин и мужчин, оно оказывается уже не одна к тридцати шести, а одна к восьми. А если, например, подсчитать это соотношение для святых Собора новомучеников, в Бутове пострадавших (об этом страшном месте чуть ниже еще будет особый разговор), получится одна менее чем к шести: из 286 человек – 42 женщины(9).

Объяснить такое стремительное возрастание доли канонизированных женщин, подвизавшихся после 1917 г., можно тем, что их роль в жизни Церкви после революции весьма усилилась. Осознавая это, проходивший в Москве Поместный Собор в последний день своей работы, 20 сентября 1918 г., приял специальное определение «О привлечении женщин к деятельному участию на разных поприщах церковного служения». Женщинам было разрешено полноправно участвовать в приходских собраниях и приходских советах, вплоть до избрания их на должности церковных старост, занимать различные должности в епархиальных учреждениях и даже (до революции это было немыслимо) исполнять обязанности псаломщиков (10).

 

Место святых подвижниц среди пострадавших (не только за веру) в годы массовых репрессий очень ярко характеризует картина подмосковного Бутовского полигона. Всего в Бутове в 1937–1938 гг. было расстреляно и захоронено, по имеющимся на сегодня данным, 20760 человек: 20000 мужчин и 760 женщин (11). Если же теперь подсчитать, какой процент среди расстрелянных там составляют канонизированные святые, то разница для мужчин и женщин оказывается весьма существенная. Для мужчин один из восьмидесяти двух, а для женщин – одна из восемнадцати. Таким образом, соотносительно с общим числом расстрелянных в Бутове лиц (людей самого разного происхождения и общественного положения) святых женщин (преподобномучениц и мучениц) оказывается чуть ли не в пять раз больше, чем святых мужчин (в основном – священномучеников). То есть среди пострадавших до смерти в годы сталинских репрессий женщин, тех, кто пострадал именно за Христа, значительно больше, чем среди мужчин.

Проводить сравнение общего числа пострадавших за веру мужчин и женщин не совсем корректно, поскольку богоборческой властью с особой силой преследовалось духовенство, состоявшее, понятно, исключительно из мужчин. Однако монашество в Русской Церкви было (и есть) как мужское, так и женское, и здесь уже можно сравнивать цифры.

Цифры же, например, таковы: в собранной в ПСТГУ электронной базе данных «За Христа пострадавшие» (содержит более 35 тысяч имен) монахов и схимонахов насчитывается 519. Это далеко не окончательное число, но важен результат его сопоставления с числом пострадавших в годы гонений монахинь и схимонахинь. Их в базе данных 3985, то есть почти в восемь раз больше! Конечно, надо учитывать, что монахинь в Русской Церкви было больше чем монахов (на 1914 г., соответственно, 17283 и 11845 (12)), но далеко не в восемь раз. Пострадавших послушниц в базе данных 467, а послушников – 61, то есть тоже соотношение почти восемь к одному. Послушниц в России было существенно больше, чем послушников (56016 и 9485 на тот же 1914 г.), но все равно не в восемь раз. Если добавить к простым монахам-мужчинам, учтенным в базе ПСТГУ, монашествующих в священном сане (от иеродиаконов до Патриархов), их число заметно вырастет, а именно до 2620. Но все равно оно оказывается заметно меньшим, чем совокупное число игумений, монахинь и послушниц – 4564(13).

О том, насколько исповеднически были настроены в годы гонений миряне и мирянки, косвенно можно судить по результатам Всесоюзной переписи населения 1937 г. (в свое время строго засекреченным, поскольку богоборческая власть ожидала получить совсем другие данные). Согласно им, из 44,9 миллиона мужчин православными себя не побоялись назвать 14,1 миллиона, то есть менее трети, а из 53,6 миллиона женщин – 27,6 миллиона – более половины(14).

Этим исповедническим стоянием в вере одних и мученическим подвигом других и была спасена Русская Церковь от уничтожения, и подвиг верующих женщин оказался здесь, во всяком случае, ничуть не менее значим, чем подвиг мужчин.

Примечания:

1) См.: Голубинский Е. История канонизации святых в Русской Церкви. М., 1998. (Репр. изд.: М., 1903). С. 43–223; Канонизация святых. Поместный Собор Русской Православной Церкви, посвященный юбилею 1000-летия Крещения Руси / Под общ. ред. митр. Ювеналия (Пояркова). М., 1988. С. 19–24). 

См.: Канонизация святых. С. 29–33.

(3) http://www.patriarchia.ru/db/text/65980.html (Дата обращения: 3 сентября 2013 г.)

(4) См.: Православный церковный календарь. 2013. М.: Изд-во МП, 2012. С. 96–109. 

(5) См.: Там же. С. 109–112.

(6) По материалам сайтов Вологодской епархии и храма святого Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова исторического подворья Леушинского Иоанно-Предтеченского монастыря в Санкт-Петербурге, см.: http://vologda-eparhia.ru/prmc-serafima-sulimova-igumeniya.htmlhttp://leushino.ru/arch/l35_1.html (Дата обращения: 5 сентября 2013 г.) 

(7) По материалам Рязанской епархии, см.: http://www.ryazeparh.ru/index.php?option=com_content&view=article &src=274:2010-01-08-12-03-08&catsrc=26:2009-12-24-10-06-34&Itemsrc=15 (Дата обращения: 5 сентября 2013 г.) 

(8) Таких рождает вера наша: Избранные жития новых мучеников и исповедников Российских. М.: Никея, 2013. С. 305–317. 

(9) См.: Православный церковный календарь. 2013. С. 109–112. 

(10) См.: Собрание определений и постановлений Священного Собора Православной Российской Церкви 1917–1918 гг. Вып. 1–4. М., 1994. (Репр. воспр. изд.: М., 1918.) Вып. 4. С. 47. 

(11) См.: Пострадавшие за веру и Церковь Христову. 1917–1937. М.: ПСТГУ, 2012. С. 595. 

(12) Православная энциклопедия. Т.: Русская Православная Церковь. М.: ЦНЦ ПЭ, 2000. С. 132. 

(13) Данные кафедры информатики ПСТГУ. Предоставлены 3 сентября 2013 г

(14) См.: Всесоюзная перепись населения 1937 года: Общие итоги. Сборник документов и материалов / Сост. В. Б. Жиромская, Ю. А. Поляков. М.: РОССПЭН, 2007. С. 120–123.